Если устройство украли, необходимо провести полицию на место установки, обычно в глубину леса.
Поход к месту установки оборачивается потерей времени и не даёт информации, которая помогает найти преступника. Поэтому для особо охраняемых природных территорий необходимо на законодательном уровне изменить отношение к материальным ценностям.
В первую очередь речь идёт о высокотехнологичном оборудовании, которое эксплуатируется «в полях» дистанционно. Об этом на форуме «Экология» заявил проектный директор Фонда защитников природы Роман Корчигин.
Проектный директор Фонда защитников природы, сотрудник Кроноцкого заповедника
«Фотоловушка стоит 10–20 тыс. руб. Если её украли, приходится везти полицейских на место установки. Только после этого можно оформить заявление и списать устройство с баланса, снять ответственность с сотрудника ООПТ.
Аналогичная ситуация с беспилотниками. Многие дирекции ООПТ не используют их, потому что это дорогое подотчётное оборудование. Если устройство будет утеряно, то непонятно, как снимать его с баланса».
Опыт эксплуатации устройств в России выявил системные проблемы:
неправильный выбор места для размещения устройств;
чтобы информация была оперативной, ловушки должны поддерживать различные стандарты передачи данных;
заповедники не в состоянии оплачивать услуги передачи данных с устройств — это слишком дорого;
ловушки надо обеспечивать электропитанием. Все знают про возобновляемую энергетику, но сотрудникам ООПТ очень сложно сформулировать технические требования, провести конкурс, оценить техдокументацию.
Решить эти проблемы помогут системные решения и специалисты, которые обладают знаниями и в области охраны природы, и в сфере высоких технологий. Их пока очень мало, и сфера образования должна учесть потребность в таких кадрах.
Природоохранной отрасли требуются отечественные конечные решения, которых пока нет.
Роман Корчигин
«Когда мы обращаемся к бизнесу, то слышим, что нет рынка, нет спроса. На самом деле спрос есть, а «хромает» продукт.
Требуются недорогие типовые конечные решения для конкретных задач, а не просто набор из не связанных между собой устройств. Например, многие ООПТ хотели бы внедрить интеллектуальные системы, которые обрабатывают данные с ловушек».
Потребности страны в фотоловушках можно оценить, если обратиться к зарубежному опыту. Например, общая территория ООПТ в России по площади сопоставима с охраняемыми природными территориями в Китае.
Сегодня в России эксплуатируется около 10 тыс. фотоловушек. Это устройства, которые установлены на ООПТ, а также используются охотниками и лесниками. Самый большой парк ловушек — у нацпарка «Земля леопарда», 400 штук. Для сравнения, в Китае установлено 300 тыс. устройств. За леопардами со стороны Поднебесной наблюдают 28 тыс. фотоловушек.
Сегодня фото- и видеоловушки применяются для исследования природных процессов.
По мере накопления информации с устройств могут появиться необходимые заповедникам системы управления — об этом говорит зарубежный опыт. Например, можно управлять туристическими потоками, а с помощью звуковых ловушек проводить мониторинг «голосистых» видов.
