Как Красноярские Столбы очистили от «наскальной живописи», рассказал куратор проекта Олег Хвостенко.
— Почему люди пишут на скалах?
— Видимо, так глубоко человеческое желание запечатлеть своё имя в истории. На старых фотографиях я заметил, что раньше скалы были испещрены надписями гораздо сильнее. Со временем большинство из них исчезли — выцвели или стёрлись. А мы завершили этот процесс, вернув скалам первозданный вид.
Показательно историческое свидетельство: в дневниках первого директора заповедника «Столбы» Александра Леопольдовича Яворского описан эпизод из его молодости в начале ХХ века. Он рассказывает, как с друзьями нашёл удобное место для стоянки под Четвёртым Столбом. Первым делом они «расчистили площадку и написали на камне свои инициалы». Яворский пишет об этом как о чём-то само собой разумеющемся — стандартном ритуале закрепления места. И это учёный с очень прогрессивными взглядами — он возглавлял инициативную группу по созданию заповедника.
Прекрасная иллюстрация того, как меняются культурные нормы. То, что раньше было естественным поступком, сегодня воспринимается как вандализм.
Отдельной темой обсуждения при подготовке к очистке скал стали исторические граффити. Имеет ли надпись «Здесь был Вася», сделанная 100 лет назад, какую-либо ценность? Мы пришли к коллективному решению: по своей сути она является вандализмом, и поэтому её следует удалить. Сохранили два исторических артефакта. Первый — надпись «Свобода» на Втором Столбе, визитная карточка «Красноярских Столбов» и города Красноярска. Второй — «Ферма» на одноимённой скале, датированная началом XX века. Их решено считать частью исторического наследия.
В 1899 году революционеры-«столбисты» оставили надпись «Свобода», которая стала неотъемлемой частью Столбов.
— Как вы стали куратором проекта по очистке скал?
— С идеей очистить скалы от надписей выступил Роман Лалетин из Экологического фонда Сибирского федерального университета. Он обратился ко мне через общих знакомых с предложением провести техническую экспертизу и оценить, насколько это осуществимо. Я заинтересовался задачей и изучил способы удаления граффити химическими составами. Закупили несколько препаратов и провели полевые испытания. После этого мы с Романом и командой фонда подготовили проект «Чистые Столбы» и подали заявку на грант «Норникеля».
Вся работа проводилась в тесном взаимодействии с дирекцией национального парка. На начальном этапе Экологический фонд СФУ согласовал с руководством парка общий план мероприятий, который включал ориентировочное количество подлежащих очистке скал и надписей. Важной частью процесса была детальная документация. Мы фиксировали состояние каждой скалы до и после очистки на фото. Эти материалы составили основу отчётов для научного отдела заповедника и грантодателей.
мастер спорта, тренер сборной команды Красноярского края по альпинизму, куратор проекта «Чистые Столбы»:
«Если на величественном здании или скалах вижу чей-то бездумный автограф, внутри рождается протест. Поэтому, когда появилась возможность восстановить гармонию и привести скалы в первоначальный вид, у меня возникла мощная и искренняя мотивация действовать».
— По какому принципу вы подбирали технологию очистки?
— Тестировали разные составы: наносили на надписи химикаты — например, один вариант на одну часть, другой — рядом, строго по инструкции. Выжидали указанное время, смывали, чистили щёткой и оценивали эффект.
Учитывали, чтобы средство легко растворялось водой, было не слишком ядовитым и не наносило ущерба окружающей растительности. Остановились на «Фейле». Он имеет гелеобразную консистенцию — не растекается и не испаряется. Это стандартное средство для снятия краски, которое подошло для наших задач.
Инвентарь был самым простым. Мы сознательно выбирали недорогие решения, поскольку инструменты и средства защиты — перчатки, очки, респираторы — быстро изнашиваются и портятся от агрессивной химии, нужно докупать новые.
Для нанесения состава использовали кисти, а для очистки — жёсткие щётки, активно применяли воду, чтобы вычистить остатки краски из трещин. Воду набирали из ручья и носили в канистрах, после чего переливали в садовые опрыскиватели. Этот способ оказался весьма эффективным и экономичным.
Несколько сотен надписей удалили со скал участники проекта «Чистые Столбы»
Несколько сотен надписей удалили со скал участники проекта «Чистые Столбы»
— Что оказалось самым сложным в работе? Отмыть граффити на городской стене наверняка проще, чем на скалах.
— Основное отличие — в рельефе скальной поверхности. Её фактура и трещины требуют более тщательной обработки.
Около 80% надписей удалили без особых сложностей. Оставшиеся 20% потребовали усилий. Старые и въевшиеся краски почти не поддавались смывке. Их приходилось обрабатывать многократно, счищать металлическими щётками, а где-то — осторожно использовать молоток, стараясь не повредить скалу. Также сложность зависела от типа краски: аэрозольные баллончики, эмали или старые составы вроде сурика, которые сегодня не используются.
— Сколько скал получилось очистить?
— Очистили около двух десятков больших скальных массивов и огромное множество камней вокруг Столбов.
В первый сезон, летом 2018 года, работы были сосредоточены в Центральном районе заповедника «Столбы» — самом посещаемом и известном месте. Были очищены основные скалы по маршруту экскурсионной тропы. Второй сезон посвятили очистке скал в Такмаковском районе — у восточного входа в национальный парк.
Красноярские Столбы образовались около 600 млн лет назад в результате выветривания осадочных пород. А в XIX веке здесь зародился уникальный социокультурный феномен — «столбизм». Это скалолазание без страховки и с бережным отношением к природе.
Красноярские Столбы образовались около 600 млн лет назад в результате выветривания осадочных пород. А в XIX веке здесь зародился уникальный социокультурный феномен — «столбизм». Это скалолазание без страховки и с бережным отношением к природе.
— На какую максимальную высоту пришлось забраться, чтобы удалить запись?
— Большинство надписей находятся невысоко над землёй: люди пишут и рисуют там, куда достанет рука. Хулиганов, которые забираются в труднодоступные места и оставляют автографы, гораздо меньше.
Самые сложные надписи располагались на вершинах скал — например, на Первом и Втором Столбах, на Такмаке на высоте 80–90 м над землёй. Под самой вершиной Первого Столба мы обнаружили надпись «Сима». Чтобы до неё добраться, пришлось организовать настоящую альпинистскую операцию: с верхней точки навешивали верёвки и спускались к надписи по отвесной стене. Снизу подойти было невозможно, а сверху — только таким рискованным способом, работая буквально в воздухе.
— Сколько человек работали над проектом? Все они профессиональные альпинисты?
— На скалах работала бригада от трёх до пяти человек, состав менялся в процессе. Около 15 человек приняло участие в проекте — все так или иначе связаны со скалолазанием или альпинизмом. Основную работу выполнил бригадир Владимир Волков: собрал команду, договорился, работал на скалах с помощниками и друзьями. Плюс сотрудники экологического фонда СФУ, которые занимались организационной работой в рамках гранта.
— Гордитесь ли вы участием в проекте, который изменил облик заповедника?
— Конечно. «Столбы» изменились в лучшую сторону. Это подтверждают все, включая дирекцию нацпарка, которая выразила нам благодарность.
Главный результат — изменение отношения людей к этому месту. Мы закончили работы в 2019 году. Прошло больше пяти лет, а новых надписей не появляется. Сработал простой принцип: когда приходишь в чистое место, портить его не хочется. Очень интересно, что на общественное сознание можно влиять через изменение окружающего пространства.
Для памятных надписей туристов на Центральных Столбах установили специальную доску. Теперь гости парка оставляют автографы без вреда для природы.
— Другим заповедникам ваш опыт пригодился?
— Проект «Чистые Столбы» действительно получил развитие. Он был реализован экологическим фондом СФУ на грант «Норникеля», и компания пригласила бригаду Владимира Волкова в Норильск, чтобы очистить от надписей местную достопримечательность — Красные Скалы.
Затем компания «РусГидро» попросила очистить популярную у туристов скалу Арка в Бирюсинском заливе. Ребята и с этой задачей справились.
Опыт нашего проекта тиражировался в других регионах: я делился информацией по методике и средствам для очистки, и, надеюсь, это тоже принесло свои плоды.
